Кузнецов Павел Варфоломеевич
Добро пожаловать в Большой музей!
Здесь музеи рассказывают о себе по-новому. Знакомьтесь с экспонатами, читайте истории о связанных с ними людях и событиях, изучайте важные понятия. Мы приводим вас к музеям, а музеи к вам.
Персона
Кузнецов Павел Варфоломеевич

Специализация:

художник

Дата рождения:

17 ноября 1878 года

Дата смерти:

21 февраля 1968 года

Сын иконописца, Павел Кузнецов 13-летним пришёл в «Студию живописи и рисования» при Саратовском обществе любителей изящных искусств, где учился вместе с будущим скульптором Александром Матвеевым (в 1928-м он напишет его портрет) и где состоялась встреча с Виктором Борисовым-Мусатовым, определившая дальнейший путь.

В Московском училище живописи, ваяния и зодчества, куда Кузнецов поступил в 1897-м, он учился у Абрама Архипова, потом у Коровина и Серова и был центром студенческого сообщества, сформировавшегося впоследствии в содружество «Голубая роза».

Сблизившись в 1902 году с символистами, Кузнецов делал иллюстрации для журналов «Искусство» и «Золотое руно», был членом «Мира искусства». В том же году Кузнецов и Петров-Водкин, расписывая церковь Казанской Божьей Матери в Саратове, вольно обошлись с канонами, за что были подвергнуты остракизму, а работа была уничтожена.

В 1904 году Кузнецов был одним из организаторов выставки «Алая роза» (а в 1907-м участвовал в «Голубой розе»). Дягилев пригласил его в 1906 году принять участие в выставке русского искусства, устроенной в Париже, и Кузнецова пожизненно избрали членом парижского Осеннего салона, но салон художник пережил. Как пережил многих своих однокашников и единомышленников, символистов и авангардистов, как пережил и весь запрещённый в 1930-е годы русский авангард.

В творчестве Павла Кузнецова случались кризисы, первый ещё в 1900-е годы. В попытках его преодолеть художник отправился в Заволжские степи (1911–1912) и годом позже в Среднюю Азию. Привезённые из тех поездок яркие, тонко выписанные холсты, наполненные светом и ирреальными сюжетами, — «Киргизская сюита», «Бухарская серия» — свидетельствовали о том, что кризис преодолён.

В следующий раз он обратится к Востоку в 1920-х, в литографских сериях «Туркестан» и «Горная Бухара», и ещё через несколько лет, после персональной выставки в Париже 1923 года, куда будет отправлен по командировке Наркомпроса. И последний взлёт его творчества придётся на конец 1920-х — начало 1930-х, когда художник посетит Крым, Кавказ, попадёт в Армению. До 1948 года ему ещё будет позволено преподавать, но после этого — всё: он будет жить с женой в посёлке Кратово и, сторонясь идеологии, писать пейзажи и натюрморты, .

Монументальность, заложенная в его живописи и так явно противоречащая принципам соцреализма, не нашла выхода. Разве что в триптихе «Пушбол» 1931 года, на спортивную тему, одна из частей которого хранится в Третьяковской галерее. Кажется, что в руках у играющих не мяч, а планета в огне.